На благоустройство Спасской церкви

В нашем храме вы можете оставлять записки для молебна за своих близких, умерших некрещеными, для передачи их в храм св. мч. Уара в селе Тихоновка.

Дети-сироты, оставшиеся без попечения родителей, детской школы-интерната № 4 ждут крестных родителей. Пожалуйста, отзовитесь, добрые православные сердца. Обращаться в свечную лавку.

Тел: 8-914-88-973-73

Борющиеся со страстью пьянства могут прийти на собрание «анонимных алкоголиков». Узнавать у Сергия, тел.: 8-914-000-35-22.

Если у вас есть икона, которая нуждается в реставрации, вы можете обратиться в реставрационную мастерскую. Тел.: 8-914-939-04-47, Андрей Карпов.

В храме ведется сбор пожертвований для малоимущих жителей деревень: одежда, домашняя утварь, бытовая техника и т. п. Любую другую информацию, касающуюся храма, можно получить по телефону 20-15-52.

Священнослужители

 

Священнослужители Спасской церкви
Священнослужители Спасской церкви
Священнослужители Спасской церкви

Иерей Александр Беломестных,
настоятель храма Спаса Нерукотворного Образа

Иерей Павел Телегин

Иерей Алексий Рехин

Иерей Александр Беломестных, настоятель храма Спаса Нерукотворного Образа

Настоятель Спасского храма

«Пути Господни неисповедимы», и у каждого из нас достаточно поводов снова и снова повторять эти слова, вглядываясь в свою собственную жизнь. Но иногда это выражение бывает как-то особенно к месту. Например, настоятель нашего храма, отец Александр Беломестных долгие годы был чиновником в администрации Иркутской области. Из окошка рабочего кабинета глядел на Спасскую церковь, в которой тогда размещался краеведческий музей, и даже организовал издание небольшой брошюрки об истории храма. А теперь он настоятель этой самой церкви. Пути Господни неисповедимы, а вот маршрут батюшки от дома до места службы почти не изменился. Все знают, что Спасский храм и областная администрация расположены рядом. Только путь между ними измеряется не шагами, а годами и молитвами.

- Будучи чиновником, я постоянно испытывал некую неудовлетворённость. Ведь чиновник должен поддерживать определённые правила игры. Меня это всегда угнетало. В общем, я был как тот попугай, который постоянно повторял: «Льву не докладывают мяса!». Тем не менее, шесть лет я возглавлял комитет по молодёжной политике администрации Иркутской области. После этого меня перевели в управление госслужбы кадров. По сравнению с живой работой, которой я занимался в комитете, работа с кадрами для меня была сущей мукой. Кадровая служба подразумевает знание и любовь к тем законам, которые у нас издавались в невероятно больших количествах, умение в них ориентироваться. У меня для этого не было ни соответствующего образования, ни склонности. Выручало одно, сильный заместитель. Потом пришёл новый губернатор, и меня назначили руководителем службы протокола. Эта работа мне показалась интересней. Но и здесь я чувствовал некую ущербность. Например, к стыду своему я не владею иностранными языками, которые в службе протокола просто необходимы. К тому же, с новым губернатором уже не было тех отеческих отношений, которые меня связывали с прежним руководителем.

Зато у меня давно уже было желание где-то Богу послужить. Работая в комитете по молодёжной политике, я тесно сотрудничал с Иркутской епархией. У меня сложились доверительные отношения с архиереем, среди священников появились близкие друзья. Общаясь с ними, я потихоньку начал им в глубине души завидовать, что ли. Мне казалось, что они лебеди, а я рядом с ними – как мокрая курица. В общем, я даже не мечтал никогда стать священником, мне казалось, что это особые люди. Нужно иметь образование, музыкальные таланты, не говоря уж о духовной составляющей. Друзья-священники стали в шутку поговаривать о том, что вот хорошо бы и тебе стать священником. Я всегда отвечал, что у меня ни слуха, ни голоса нет, меня эти таланты особенно смущали. А в ответ всегда слышал: если Богу нужно будет, Он всё управит, и запоёшь, и читать будешь. Я грешным делом, думал, что это не совсем честный ответ.

- Значит, быть священником Вы не собирались?

- И не мечтал даже. Но Владыке я много раз говорил о том, что хотел бы что-нибудь делать в храме. На что всегда получал ответ: «не торопись, пока служится в администрации, служи. Во власти тоже православные люди нужны. Как только что-то произойдёт, я тебя всегда готов взять». Я тогда понять не мог, о чём он говорит, что такое должно произойти. Настал момент, когда я всё- таки не сработался с новым руководством, и в итоге написал заявление об увольнении. Вот когда я уволился, Владыка сказал, готовься, будем тебя рукополагать.

Ощущение это словами не передать. Проводя человеческие аналогии, можно сказать, что я сразу перемахнул через много ступенек вверх по карьерной лестнице. Ведь чиновник служит земному начальнику, а священник - самому Господу. Понятно, что мы все подчиняемся правящему архиерею, но служим то мы не ему, а Богу. Это конечно, и колоссальная ответственность, но и радость огромная. Здесь не надо никого обманывать, притворяться, потому что Господь и так всё про меня знает. Служи честно, выполняй свои обязанности, как можешь. Конечно, без специального образования приходилось туговато. Но появился в Иркутске факультет религиоведения, и сегодня я уже на последнем курсе. Кстати, все трое священников нашего храма там учатся. В этом году будем выпускаться.

- На семье ваше рукоположение отразилось?

- Раньше когда я говорил: вот брошу всё, уволюсь, уйду в храм, это воспринималось скорее как страшилка. Матушка моя боялась неопределённости, отсутствия социальных гарантий. Это тем более понятно, что я в семье работал один, супруга у меня домохозяйка. Когда родился второй ребёнок, супруга уволилась, стала детей воспитывать. Дети выросли, но она всё равно дома осталась. Это и ей нравится и мне. Так что дома у нас уклад, можно сказать, патриархальный. Но когда я пришёл к священству, она сама рассказывала, удивительный мир у неё на душе настал, какой только свыше даётся. И она поверила, что это не я сам так решил, а Господь нас привёл. Так что, в семье тылы надёжные. А на передовой – как Господь управит, так и хорошо.

- Кроме всего прочего, Вы занимаете должность директора женской православной гимназии. Трудно, наверное, совмещать эту работу и служение?

-В гимназию я пришёл, можно сказать, на всё готовое. Когда прежний директор гимназии ушёл на повышение, образовалась вакансия на место директора. А меня как раз незадолго до того рукоположили. Всё- таки, я пришёл из областной администрации, связи у меня сохранились, да и управленческий опыт немалый там приобрёл. Ну а когда директор – священник, это в любом случае преимущество. Сильные завучи в гимназии уже были, коллектив сложился, образовательная база наработана хорошая. За это время успели подтянуть спонсоров, ремонт сделали. Владыка нам поставил чёткую задачу – удержать довольно высокую образовательную планку, которую прежний директор поднял, и в то же время подтянуть духовную составляющую. Вот мы и стараемся, все вместе. Отец Павел Телегин у нас стал духовником малой гимназии, отец Константин Мануйлов – большой гимназии.

Теперь только, оглядываясь на собственный жизненный путь, я осознал выражение, которое слышал много раз – всё, что от Господа, приходит незаметно и естественно. Всё что нелогично, чудесно, может быть и не от Бога. Так что, Слава Богу за всё.

Биографическая справка

БЕЛОМЕСТНЫХ АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ родился 29.01.1960 г. в селе Баргузин Баргузинского района Республики Бурятия. В 18 лет призван в армию, служил в Афганистане. Награждён медалью "От благодарного афганского народа".

В 1987 году окончил Бурятский государственный педагогический институт по специальности «преподаватель физического воспитания». Был инструктором-методистом по физической культуре и спорту, преподавателем физкультуры в школе №65, заместителем председателя Иркутской областной ассоциации воинов-интернационалистов Иркутска. С 1992 по 1995 – занимал должность председателя комитета по делам молодёжи Иркутска, затем заместителя председателя комитета по управлению Правобережным округом. С 1998 по 2003 год – председатель комитета по делам молодёжи Иркутской области, 2003-2005 годы – начальник управления государственной службы и кадров аппарата губернатора области. В последний год работы в администрации возглавлял службу протокола губернатора.

16 июля 2006 года рукоположен в диаконы, в августе – в иереи, в ноябре назначен настоятелем Спасского храма Иркутска. 19 января 2007 года назначен директором женской православной гимназии. Женат, воспитывает двоих сыновей.

 

Иерей Павел Телегин

Священнослужители Спасского храма

В 1997 г. отец Павел Телегин закончил Иркутскую государственную экономическую академию (ИГЭА, сейчас это – БГУЭП), факультет «Финансы и кредит». За плечами уже были два года работы в Сбербанке в отделе ценных бумаг, можно было не беспокоиться о будущем – карьера в банковской сфере только начиналась. И действительно, в 1998 г. – он уже начальник отдела ценных бумаг одного из банков г. Иркутска. Но неожиданно для родителей, друзей и коллег начинающий банкир собирается, уезжает в Москву и становится студентом Всероссийского государственного института кинематографии им. С. Герасимова режиссерского отделения (ВГИК).

 

- Батюшка, отчего такой резкий поворот?

- Работая в банке, я постепенно стал все сильнее осознавать, что это не мое. В экономический вуз я попал не вполне осознанно. Планировалось вообще поступление на юрфак в ИГУ. Я и учился-то в последние годы средней школы в Лицее при ИГУ в историческом классе. Но в последний момент отец предложил подавать документы в Нархоз (будущий ИГЭА) с гарантией поступления и трудоустройства – заказ фирмы, в которой он работал зам. директора. Но потом фирма лопнула. Я до сих пор, если можно так сказать, завидую тем, у кого имеется гуманитарное образование. Может быть еще и поэтому два года назад я поступил в ИГУ на «Религиоведение».

- Но почему Москва и, тем более, Институт кинематографии? Гуманитарное образование можно было получить и поближе.

- Во-первых, как говориться, «чтобы разогнуть, нужно перегнуть», а во-вторых, я искал не просто образование, а смысл жизнь. И ради его обретения, я думаю, можно перевернуть жизнь с ног на голову. И особенно для этого подходит молодость, когда нет семьи и ты не погряз в быту. А этот быт, а точнее болото бессмыслия, меня тогда просто засасывало. Поверьте, печальна и тягостна жизнь молодого человека, у которого есть всё, но нет высокого смысла жизни. Особенно сейчас это остро осознаешь, придя в Церковь. Москва – это был побег из болота.

- Верю, что такая жизнь тягостна. Но от себя не убежишь. Я хочу сказать, что поиск смысла жизни идёт не в географической плоскости.

- Вы правы. Человек склонен постоянно создавать внутри себя и вокруг «болото бессмыслия». Но он также должен постоянно бежать из него. В этом «болоте» человек может оказаться в любой точке Вселенной и тем более в Москве. Потому что его создают и наполняют нераскаянные страсти и грехи человека. Подлинный побег из «болота страстей» - это борьба с ними, и победоносной эта борьба может быть только в Церкви, основанной Иисусом Христом. И для это не нужно никуда уезжать – православный храм и батюшки есть в каждом городе. Но это я понял только сейчас.

- А тогда Вы были просто молодым человеком…

- Тогда, 10 лет назад, я думал, что для счастья нужно раскрыть таланты, не раскрытые в детстве, полностью предаться им. Я мечтал найти счастье и рассказать об этом миру. Хотел быть счастливым и сделать всех счастливыми. Для этого мне нужен был кинематограф.

- Наверно сложно было молодому человеку без гуманитарного образования определиться со смыслом жизни?

- Не то слово. В то время, я думаю, светское образование не давало ответов на эти вопросы и мало чем могло помочь. Приходилось искать самому. На последних курсах Академии я интересовался нетрадиционной философией, хотя и сильно её побаивался, читал Карлоса Кастаньеду. На Православие тогда я определенно не смотрел – некому было подсказать, а оккультных и сектантских книг было море: «Роза Мира», Рерихи, Блавацкая, А. Безант и т.п. На каждом углу – приглашение к знахарю-экстрасенсу.

- И что же ВГИК? Помог?

- Отчасти. Там меня научили креститься.

- ?

- На занятиях по актерскому мастерству. Мы как режиссеры должны были знать, как крестятся православные и католики. Мне сейчас кажется, многие преподаватели ВГИКа – верующие люди. Мой товарищ своим воцерковлением обязан режиссеру-наставнику. Жизнь ВГИКа тогда – это поиск себя молодым человеком и выражение этого поиска на экране. Сначала мне это нравилось, я поменял специальность и стал учиться на продюсера кино и телевидения. У меня появилась мечта выбирать идеи для кинокартины и помогать воплощать её на экране - я участвовал в съемках нескольких студенческих работ. Но мне уже было 25 лет, и от поиска я устал – мне нужен был результат. Я получил диплом и устроился в современный кинотеатр менеджером по рекламе.

- А как же с ответом на главные вопросы жизни?

- 2000-е годы – это время абсолютного господства западного кино: комедии, боевики, мелодрамы. Я пытался найти смысл в каждом фильме, донести его и заинтересовать человека. Но какой глубокий смысл может быть в развлекательном западном кино для русского человека? Отчаяние достигло пределов. В кинотеатре в столе я нашел крест на веревочке (чтобы носить на руке), в самые тяжелые моменты я неосознанно сжимал его в руке и так ходил. И вот тогда к нам в кинотеатр случайно зашел священник (он подрабатывал шофером и привез что-то для рекламы, знаете, такое бывает, когда сгорел храм и не на что содержать семью), он брал записки на помин у кассира (верующая была), а я все крутился вокруг него, не зная почему. А потом проводил его до машины. И вот тогда он сказал мне: «Тебе надо креститься». Я не понял, зачем он мне это сказал, но эти слова запали в душу.

- Отец Павел, а что конкретно подвигло Вас ко крещению?

- Через несколько месяцев после встречи в кинотеатре, в апреле 2001 года, будучи в Иркутске и, попав в больницу, я проходил мимо местной православной часовни. И заинтересовался крещением пары людей, которое там проходило. Я ничего толком не понял. Только одна фраза поразила меня: «Вы становитесь воинами Христовыми». Я категорично решил креститься и попросил своего друга, недавно крещеного, это организовать.

- И Ваша жизнь изменилась?

- Не сразу. Ведь я ничего не знал о Православии. Я вернулся в Москву, какое-то время работал в кинотеатре, пока меня не уволили. В то время я впервые исповедовался и Причастился. Снова стал снимать студенческие фильмы. И даже вернулся в кинотеатр, но только другой, на место администратора, но работать не смог и уволился. До сих пор я с теплотой вспоминаю директора этих кинотеатров Игоря Добровольского, который очень хотел мне помочь. С января 2002 года я уже старался не пропускать воскресных богослужений, регулярно исповедовался и Причащался. Летом батюшка посоветовал мне помолиться святому Трифону о занятости, что я и сделал. Через три дня у меня была работа – бухгалтер-учетчик склада крупнейшего православного книжного магазина. Это был перелом. Дальше оставалось терпеть и молиться.

- Вы хотели вернуться в Иркутск?

- Конечно. Работая бухгалтером, я обратил внимание, что частым покупателем является Михаило-Архангельский приход г. Иркутска. В очередной раз приехав в Иркутске, я зашёл посмотреть, что это за приход. И как всегда «случайно» познакомился в лавке с настоятелем отцом Каллиником. Стал встречаться с ним и однажды спросил его: «Батюшка, если соберусь из Москвы уезжать, возьмете меня к себе на приход?» Но оснований уезжать из Москвы не было. Они появились, лишь когда я встретил свою будущую матушку, и тоже благодаря Михаило-Архангельскому приходу. С радостью я вернулся. Два года работал на книжном складе Прихода, и ещё год служил алтарником.

- И потом священство?

-Да. Когда отец Каллиник вызвал меня и сказал, что пришел запрос от Владыки Вадима на мое рукоположение – я был в шоке. Я все-таки об этом думал, но не думал, что так скоро. Однажды батюшка, у которого в Москве я воцерковлялся, намекнул мне о рукоположении в диаконы, хотел видно меня ободрить. Я просто сбежал, стал ходить в другой храм, на Патриаршем подворье, что кстати стало благом для моего духовного возрастания. Но факт остается фактом – от креста не убежишь.

- Батюшка, а сложно быть священником?

-Без помощи Божией – невозможно, поэтому путь священника – это покаяние и молитва. Вести других к Богу можно только тогда, когда ты сам можешь удерживать себя у ризы Господней.

Биографическая справка

Родился в 1975 г. в г. Ангарск Иркутской области. В 1997 г. окончил ИГЭА (БГУЭП) с квалификацией экономист по специальности «Финансы и кредит». В 1998 г. уехал в Москву. Закончил в 2000 г. ВГИК им . С. Герасимова по программе «Продюсер кино и телевидения». Участвовал в съемках трех студенческих работ. 2000 – 2001 гг. – работал в кинотеатрах г. Москвы «Люксор» и «Гавана». 2002 – 2004 гг. – учетчик книжного склада магазина «Православное Слово» на Пятницкой в Москве. 2004 – 2007 гг. – на Михаило-Архангельском приходе г. Иркутск. 28 августа 2007 г. рукоположен в диакона. 16 марта 2008 г. рукоположен во иерея и переведен на службу в Спасский храм. Женат, в семье двое детей: мальчик и девочка.

 

Иерей Алексий Рехин

С тех пор, как в Спасском храме появился отец Алексий Рехин, службы в древних стенах зазвучали иначе — звонче и благолепнее. Потому что голос нового батюшки стал настоящим украшением богослужения.

Музыка вошла в его жизнь очень рано. Когда будущему иерею было три года от роду, мама отдала его в музыкальную школу учиться играть на скрипке. Заниматься приходилось по-взрослому. В общем, это про таких, как он, говорят: «лишили ребёнка детства». Хотя сам отец Алексий так вовсе не думает. Скрипка не мешала дружить с соседскими мальчишками, учиться и достаточно серьёзно заниматься спортом.

Серьёзное влияние на формирование интересов отца Алексия оказала мать. Художница по образованию, она большое внимание уделяла эстетическому воспитанию детей. И в храм маленького Алёшу также привела мама. Причём, не просто «привела», а сумела сделать так, чтобы он добивался этих походов в церковь, боролся за них.

Однажды сын проснулся ранним воскресным утром и увидел, что мама собирается уходить. На вопрос: «Куда ты?», она ответила: «В церковь». Мальчика этот ответ страшно заинтересовал, и он решил во что бы то ни стало тоже туда попасть. Но вызвать интерес у ребёнка не мудрено, весь фокус в том, как его сохранить. А сделать это было, наверное, не так просто, как кажется.

В Ангарске, где жили Рехины, в то время был только один храм — Троицкий кафедральный собор. Однако это было вовсе не то величественное сооружение, истинное украшение города, которым он является сегодня. Когда отец Алексий был ребёнком, ангарский кафедральный собор ютился в заброшенном клубе на краю города, в четвёртом посёлке. Это было очень далеко от дома Рехиных. Ну, примерно, как от Спасского храма до Ново-Ленино. И всё же он, шестилетний ребёнок, загорелся желанием попасть туда, и своего добился.

— Большое впечатление на меня произвели алтарники, — вспоминает отец Алексий сегодня. — Ходят мальчики моего возраста, со свечками, такие все из себя важные, в золотых одеждах. Мне тоже так захотелось. А ещё очень захотелось на клирос, ведь я уже занимался музыкой, пел. В конце-концов на клирос меня привёл отец Владимир Килин, который в то время, как и сейчас, был настоятелем Троицкого кафедрального собора в Ангарске. Именно клиросное послушание помогло мне запомнить службу и научиться ориентироваться в этом непонятном и одновременно прекрасном мире православного богослужения.

Ну а попав в алтарь, одиннадцатилетним мальчишкой, он уже практически перестал сомневаться в выборе своего жизненного пути. Многие друзья — знакомые этого выбора не поняли. Зато теперь, те же самые люди частенько говорят: «Как здорово, что ты стал священником».

Потом была Тобольская духовная семинария, где отец Алексий нёс певческое послушание и со временем стал помощником регента большого концертного хора. Ещё в семинарии женился, принял сан диакона. В 2009 году вернулся в Иркутск, как и обещал нашему архипастырю владыке Вадиму. Здесь родился сын Сергий, сейчас ему год и семь месяцев. Год назад, на Благовещенье, в Саянске он был рукоположен в сан иерея.

— Это был непростой год, — говорит отец Алексий. — Непростой, но очень интересный.

— Трудно быть священником? — Не могу удержаться от вопроса.

— Трудно. Иногда не просто трудно, а печально, хотя для священника это не совсем подходящее слово. Бывает, что хочешь всем помочь, а не получается.

«Хочется помочь», и потому батюшка не смог отказаться, когда наши молодые мамочки попросили заняться организацией воскресной школы. Иногда ведь важно просто посидеть в тепле, попить чайку, почувствовать, что мы — вместе. Как заметила мама маленького Матвея: не так важно, что именно мы делаем на занятиях, важно знать, что тебя ждут в храме, что ты здесь нужен. И если дети это почувствуют, они уже не уйдут из храма.

— Всегда с теплотой вспоминаю свою воскресную школу, — улыбается отец Алексий. — Собственно, в то время у нас от школы было одно только название. Мы ютились в одной комнате с библиотекой, там и занимались, и чай пили. За стеной была столярная мастерская, где делали киоты для новых икон. Там всё шумело и гремело. Иногда прибегал батюшка, что-то нам объяснял и бежал дальше. И всё равно, это было удивительное время!

Отец Алексий сокрушается только, что сейчас на воскресную школу времени остаётся мало. Правда, мы его утешаем, ведь главное — чтобы было пастырское руководство да преподавание Закона Божия. А выставку устроить или сценки разучить мы и сами можем. Отец Алексей преподает на церковно-певческом отделении, которое было создано на базе епархиальных богословских курсов. Курсы двухгодичные, и сейчас там готовится первый выпуск. Кроме того, батюшка поёт в епархиальном мужском хоре «Знамение». Недавно записали диск. В этом году ездили по северу Иркутской области, были в Нижнеудинском, Тайшетском, Чунском районах.

Самое удивительное в таких поездках — это встречи с людьми. Встречают замечательно, чувствуется, как велик духовный голод в провинции.

— Обычно у нас не хватает времени заниматься миссионерской деятельностью, а в поездках это отчасти удается, — говорит отец Алексий. — Мы поём о Боге, значит, несём Благую Весть. Раньше выездные концерты проходили где-нибудь на приходе, где собиралось немного народу. Теперь администрация старается предоставить клуб или другой зал. С удовольствием принимают нас в колониях, домах престарелых, хосписах, школах. Во время таких поездок мы даём до восьми концертов в день. Это тяжело, но и радостно одновременно. После Светлой седмицы мы собираемся в поездку по новой Братской и Усть-Илимской епархии.

Иерей Константин Мануйлов

(с сентября 2011 года служит настоятелем Храма во имя Успения Пресвятой Богородицы в п. Жилкино)

Священнослужители Спасской церкви

С ноября 2008 года по сентябрь 2011 года отец Константин Мануйлов служил священником в Спасском храме. С его приходом богослужения в древнем храме стали ежедневными, да и прихожане очень быстро приняли и полюбили батюшку за его доброту и мудрость. Сегодня он согласился рассказать о себе подробней.

- Я родился 29 июня 1968 года в городе Камышин Волгоградской области. Главным увлечением с детства была охота и рыбалка. Поэтому, закончив школу, я поехал поступать на факультет охотоведения в Иркутск. Отучившись пять лет, правда, с перерывом на службу в армии, в 1993 году я закончил ИСХИ по специальности «охотоведение». К тому времени система распределения вчерашних студентов в стране рухнула, как и многое другое, поэтому у нас сразу возникли проблемы с трудоустройством. Между тем, я уже был женат, в семье росла дочка Настя.

Встал вопрос: «что делать?» Время было «кооперативное», так что мы занимались, чем придётся. Выручала рыбалка и охота, торговали пушниной, шили шапки, тем и жили. Пытались уехать назад, в Волгоградскую область, но по каким-то иррациональным причинам вновь оказались в Иркутске. Потом вместе с другом мы решили открыть цех по пошиву шапок. Только закупили машинки, набрали людей, и тут на страну обрушился дефолт. Работали год, а посчитали прибыль – прослезились. Поняли, что нет никакого смысла продолжать «шапочный» бизнес. В этот момент на нас очень кстати вышли корейцы с предложением заготавливать рога оленей и по контракту отправлять их в Корею. Мы с большим недоверием взялись за дело, но несмотря ни на что, новое направление начало работать. Через несколько лет я был уже соучредителем совместного предприятия, а потом и возглавил его.

- И началась новая страница в вашей жизни, директорская.

- Ну, быть директором это не так легко и хорошо, как зачастую принято считать. У директора ведь не бывает ни выходных, ни отпусков. Это образ жизни. К тому же, именно в это время разладилась семейная жизнь. На этой почве супруга первая пришла в храм. У меня самого, по материнской линии все родственники были верующими людьми. В детских воспоминаниях сохранился образ крёстной, которая молилась по вечерам, крестила нас, ребятишек на ночь, рассказывала истории из Священного Писания. Удивительное, тёплое чувство осталось от этих детских впечатлений. Оно и до сих пор греет душу. Так что у меня всегда было ровное, хорошее отношение к церкви. Может быть поэтому, когда супруга стала звать в храм, я откликнулся легко. А придя, нашёл ту жемчужину, ради обладания которой человек готов продать всё, как написано в Евангелии.

Однако, семейные отношения испортились окончательно, супруга попросила меня уйти из семьи. В церковь она уже не ходила, и вообще стала к ней негативно относиться.

Я по-прежнему работал в бизнесе. Но тут встал вопрос: для чего всё это нужно? Ведь работа обретает смысл только в том случае, если ты через неё кому-то помогаешь. А тут оказалось, что семьи нет, и работа моя стала вроде как никому не нужной. В то время и зародилась мысль, что нужно уходить в церковь. Лучше быть дворником в церкви, чем директором в бизнесе, - такая «формула счастья» у меня сложилась в то время.

- И вы действительно ушли?

- Ну, мне на это почти год потребовался. Нужно было закончить кое-какие дела. Но в январе 2004 года я всё таки ушёл из фирмы, но решил сразу в храм не идти, а поездить по монастырям, чтобы хоть немножко прикоснуться ко внутренней монастырской жизни.

Я уже собирался ехать. И вдруг, перед самым отъездом, на службе мне пришла мысль о том, что не стоит ездить по разным монастырям, а нужно пожить в каком-нибудь одном. Так как служба была посвящена Амвросию Оптинскому, то в Оптину пустынь я и отправился и прожил там почти два месяца, весь Великий пост. Многие вещи я там для себя понял.

Осенью начал алтарничать всё в том же Троицком храме. Последние два года перед рукоположением исполнял обязанности старосты. Рукоположен во диаконы 4 ноября 2008 года, на празднование Казанской иконы Божьей Матери, в Казанском храме Иркутска. В следующее воскресенье меня рукоположили во священники. Очень скоро поставили в Спасский храм, где и служу с тех пор. Примерно за неделю до рукоположения позвонил мне отец Максимилиан и просто известил о том, что моё рукоположение назначено на такое-то число. Это было не то чтобы шоком, но всё равно неожиданно.

- Неужели Вы хотите сказать, что внутренне были не готовы к такому предложению?

-Думаю, в наше время практически любой мужчина, который приходит и укореняется в церкви, уже допускает мысль о возможности священства. Потому что у нас большая нехватка священнослужителей, нехватка людей которые инициативно работают в храме.

Я тоже допускал такие мысли, и искушения были. Только со временем стало приходить понимание, что такое священство. Чем больше понимал, тем становилось … страшнее, и одновременно спокойнее, потому что я перестал этого желать.

Ответственность священника очень велика. Неправильно сказанное слово может человека искалечить, разрушить жизнь. Когда человек приходит на суд Божий и отвечает за себя, это одна ситуация, но когда он держит ответ за любого человека, которого ему Господь послал в жизни – это очень страшно. Я могу поститься, молиться, вести благочестивую жизнь, и неправильным словом погубить человеческую душу, и как тогда оправдаешься? Только милостью Божией можно оправдаться. У Паисия Святогорца есть слова о том, что не нужно желать священства и стремиться к нему. Если тебя поставили священником, ты можешь принять это как волю Божию. Зато потом когда у тебя возникают проблемы, ты можешь со спокойной душой обратиться к Богу и сказать «Вот Господи, Ты меня поставил на это место, помоги мне». А если ты сам к этому лез, стремился и вырвал священство своей волей, потом будет труднее.

Так что, к моменту своего рукоположения, я уже относился к священству очень спокойно. Но когда предложение пришло, оно всё равно прозвучало как гром среди ясного неба. Кроме всего прочего, для меня рукоположение означало отказ от попытки создания новой семьи. Хотя я считал, будто готов к этому, перейти невозвратный рубеж оказалось очень трудно.

Сегодня могу сказать: да, бывают ситуации очень сложные. Но при всех сложностях, служение Богу – благодатно и радостно. В конце концов, все надежды мы возлагаем на Господа. В миру человек часто «попадает в угол», и не может выйти из него. У верующего человека таких углов просто не существует. Есть труд, но есть и огромная радость и отдых, которые всё компенсируют и дают ощущение «полной» жизни, без недостатков. Той жизни, которой человек должен жить по промыслу Божьему.

Биографическая справка

О. Константин Мануйлов родился 29 июня 1968 года в городе Камышин Волгоградской области. Закончив среднюю школу, приехал в Иркутск поступать в вуз. Из института был призван в армию, два года служил в рядах вооружённых сил. В1993 году закончил факультет охотоведения ИСХИ. Занимался бизнесом, до 2004 года возглавлял российско-корейское заготовительное предприятие. Разведён, имеет дочь.

4 ноября 2008 года рукоположен в диаконы, через неделю – в иереи. В том же месяце назначен священником в Спасский храм. В настоящее время служит духовником большой женской православной гимназии им. Рождества Пресвятой Богородицы в Иркутске. Учится на последнем курсе факультета религиоведения ИГУ.