На благоустройство Спасской церкви

В нашем храме вы можете оставлять записки для молебна за своих близких, умерших некрещеными, для передачи их в храм св. мч. Уара в селе Тихоновка.

Дети-сироты, оставшиеся без попечения родителей, детской школы-интерната № 4 ждут крестных родителей. Пожалуйста, отзовитесь, добрые православные сердца. Обращаться в свечную лавку.

Тел: 8-914-88-973-73

Борющиеся со страстью пьянства могут прийти на собрание «анонимных алкоголиков». Узнавать у Сергия, тел.: 8-914-000-35-22.

Родители, обеспокоенные тем, что их дети впали или могут впасть в наркозависимость приглашаются на беседы, которые проходят по средам, в 19.00.

Если у вас есть икона, которая нуждается в реставрации, вы можете обратиться в реставрационную мастерскую. Тел.: 8-914-939-04-47, Андрей Карпов.

В храме ведется сбор пожертвований для малоимущих жителей деревень: одежда, домашняя утварь, бытовая техника и т. п. Любую другую информацию, касающуюся храма, можно получить по телефону 20-15-52.

 

Язык колокола

На колокольню Спасской церкви мы поднимались по узенькой винтовой лестнице. Почему - то во всех храмах на колокольни ведут именно такие лестницы – очень узкие и очень крутые, тёмные, и с низкими сводами. Толстенные стены наглядно говорят о древности храма. Пробираешься по этой лестнице, словно прорываешься сквозь толщу времён. Вот, наконец, блеснуло солнце. И словно в награду за преодоленный подъём, с колокольни открывается фантастический вид. Как на ладони лежит город, залитый солнцем, опоясанный синей Ангарой. Рядом сверкают, плещутся в солнечных лучах купола всегда праздничного, как пасхальный кулич, Богоявленского собора. Но мы пришли сюда не видом любоваться, а на урок колокольного звона. Местный звонарь, он же руководитель и преподаватель в школе колокольного звона при храме Спаса Нерукотворного Образа в Иркутске Александр Ипполитов, сегодня даёт мастер-класс.

«Танец звонаря»

Колокола-то в Спасе небольшие, старинные, им уже больше ста лет, и они давно почернели от времени. «Зато они у нас как птички поют, очень музыкальные», – любовно гладит звонарь свои колокола по круглым бокам. Но вот Александр встаёт на рабочее место, отворачивается от нас, берётся за верёвки, языки колоколов дрогнули раз, другой, и … я понимаю, что нас он уже не видит и не слышит. И это никакая не аллегория. Во-первых, не слышит, просто потому что колокола звонят очень громко. А во-вторых, звон требует предельной концентрации. Думаете, звонарь просто руками дёргает за верёвки, привязанные к языкам колоколов? Ничего подобного. Звонарь танцует! Он звонит не только руками, но всем телом, ритмично притопывая ногою на педали, от которой тяги-струны тянутся к самому большому колоколу-благовестнику. Звонарь танцует, плывёт над городом колокольный звон.

Дети (куда же без них!), просто в восторге, и каждому хочется позвонить самому. «Можно, – отвечает на робкую просьбу Александр. – Подходи по одному!» Малыши пробуют сначала несмело, тихонько, а потом всё увереннее. На колокольне начинается не то чтобы перезвон, а развесёлый щебет. Самого младшего, трёхлетнего непоседу Колю стащить с колокольни нет никакой возможности. Он вообще самый верный помощник Александра Геннадьевича, готов сопровождать звонаря хоть каждый день. В тот раз нас выручила только миниатюрная звонница с сувенирными колокольчиками. Ради неё юный подмастерье согласился спуститься вниз, в помещение самой школы.

В школе как раз начиналось дополнительное, «сверхплановое» занятие для желающих. Таковых оказалось двое – инженер Григорий Максимов, и студентка биолого-почвенного факультета ИГУ Аня Волокитина. Оба ученика занимаются с нынешней осени, причём к занятиям приступили на месяц позже. Но сегодня, по уверению Александра Ипполитова – уже догнали и кое в чём, перегнали остальных. Определить, есть у тебя способности к звонарному искусству, можно только на практике. В школу берут всех, без возрастных, половых или иных ограничений. «Наличие музыкального образования помогает, – говорит Александр Ипполитов. – Но и его отсутствие не является помехой». Главное – внутренняя мотивация. Самому юному ученику 11 лет, а самому возрастному, Нине Владимировне, которая работает здесь же, в свечной лавке, – 68 лет.

«Нужно чтобы очень сильно хотелось»

– Наверно, нужно призвание, – неуверенно спрашиваю звонаря.

– Ребята задают мне такой вопрос. Я всегда отвечаю так: если ты здесь, значит, Господь тебя уже призвал. Ну а я просто приглашаю. Всё остальное зависит только от тебя.

«Почему к звонам душа лежит – трудно словами описать, – говорит Григорий. – Звон нужно почувствовать. По-моему, он просто входит в резонанс с организмом, и на этой волне начинаешь жить, чувствовать и мыслить. Происходит какая-то внутренняя перенастройка. Жизнь становится полной, и вдруг … наступает гармония». Всё дело в том, что увидеть эту гармонию, дано не каждому. Это как с музыкой или стихами. Один слушает и приходит в восторг, а другой остаётся равнодушным. Почему так происходит, науке неизвестно. Наверно – это и есть призвание».

Григорий Максимов совершенно случайно узнал о том, что в Иркутске есть школа звонарей. В машине обычно работает радио, и однажды оно сообщило о том, что иркутская школа колокольного звона начинает набор. «Я подумал, раз это есть, наверно и мне можно попробовать, – признаётся Григорий. – Попробовал, и оказалось, что колокольный звон – это не просто музыка, а часть моего мироощущения».

У Ани всё не так. Она с детства в храме, знает и любит звон. Но сама звонить не мечтала, думала, что девушке это запрещено каким-нибудь неписанным законом. Оказалось, не запрещено. По статистике, 20% звонарей – женщины. После Пасхи, в Светлую седмицу, разрешено звонить абсолютно всем. Приходи и звони. Аня позвонила, и ей очень-очень понравилось. «Я тогда спросила Александра Геннадьевича, что нужно, чтобы научиться звонить. Он мне ответил: нужно очень сильно хотеть. Если не очень хочешь, лучше не начинать, – вспоминает Аня. – Я долго думала, наконец, решила, что всё-таки сильно хочу, и пришла учиться».

«Нужно, чтобы очень сильно хотелось», – это ключевой момент в обучении, золотой ключик, который открывает любую дверцу. Никакой иной мотивации здесь просто нет. Потому и отсев идёт очень большой.

– Программа обучения у вас есть?

– Программа есть, мы разработали её сами. Но учиться приходится всю жизнь. Композиция во многом зависит от количества колоколов. Чем больше колоколов, тем больше вариаций звонов можно сделать. Три колокола позволяют шесть композиций, четыре колокола – 24 композиции, пять колоколов – 120. У нас девять колоколов, они позволяют исполнить 362 тысячи 880 композиций. Просто жизни не хватит, чтобы всё это разучить, не то чтобы исполнить! Но считать рисунки, это то же самое, что алгеброй гармонию поверять. Каждый человек по-своему чувствует и по-своему исполняет, потому исполнение одной композиции у каждого получится чуточку иным. Многое зависит от настроения, от того, с чем ты пришёл, что у тебя на душе.

Есть канонические звоны, погребальный, например. Там перебор, от малого к большому, потом идёт «звон во вся», то есть ударяешь во все колокола разом. Это уставной звон, импровизации здесь места нет. Есть перезвон, от большого к малому, он олицетворяет умаление Христа от Бога до человека. Колокольный звон вообще постоянно нечто символизирует. Но когда идёт трезвон, каждый звонарь имеет возможность проявить своё художество. Существует огромное количество не то что звонов – школ как направлений, стилей: московская, архангельская, новгородская, псковская, ростовская, суздальская.

Я верю, школа будет!

– Мы будем когда-нибудь говорить об иркутской школе, в широком смысле, школе как направлении?

– Будем! Я в это верю. Прежде всего, потому что в городе есть много энтузиастов, которые интересно и своеобразно звонят по разным храмам. Это и Андрей Поляков, и Артур Псарёв, и Григорий Гудин, и Иван Меньшенин. Хотя, совсем недавно такое предположение было просто немыслимо…

Например, когда Спас открылся для богослужений, в 2006 году, здесь не было даже звонаря. Выручали ребята с Богоявленского храма, звонили у себя, потом шли к соседям.

И вдруг, именно здесь появились курсы звонарей. Первый набор состоялся всего три года назад. Его собирал студент, певчий, звонарь, и просто большой любитель музыки Иван Меньшенин. В ту пору он учился на четвёртом курсе ИрГТУ, изучал теплоэнергетику. Просто так жить ему было скучно, всё время хотелось что-нибудь эдакое затеять. Вот он и затеял школу колокольного звона. «Инициатива наказуема», – сказал в ответ на эту дерзкую идею настоятель Спаса священник Александр Беломестных и благословил студента быть первым преподавателем в будущей школе. «Идея была и правда … смелая, – говорит Иван Меньшенин. – Ничего ведь не было, ни места, ни инструмента. И вдруг всё появилось. Нашлось помещение под школу. Потом в храм пришёл человек и спросил, чем может помочь. Оказалось, что он – столяр! Он нам установку сделал, у нас и той не было». В общем, случилось обыкновенное чудо.

В первый набор записалось 30 человек, выпустился только Александр Ипполитов. Это было ещё одно чудо, потому что он, как говорится, подхватил знамя из слабеющих рук товарища, и стал продолжателем этого дела. Иван теперь уроки не ведёт, ему приходится больше думать о хлебе насущном. Из второго набора вышло семеро звонарей, которые сегодня служат в иркутских храмах. «Не так уж много, но и не мало, – говорит Александр Геннадьевич. – Ведь речь идёт о качестве, о служении. А люди, которые служат – всегда товар штучный». Здесь не готовят концертирующих звонарей, только церковных. Поэтому практиковаться можно только в храме. Но уж с этим-то проблем нет. В Иркутске хроническая нехватка звонарей, и даже один звонарь в храме – слишком мало. Человек может заболеть, уехать, кроме того, все работают, потому что кормиться звонарским искусством невозможно.

– Церковь меня окормляет, а не кормит, – говорит Александр Ипполитов. – Здесь не ищут кормушки, здесь ищут «окормления».

– Вы сюда как попали?

– Кума на Светлую седмицу предложила подняться на колокольню. Узнал, что набор идёт на курсы, захотел попробовать. В общем, остался и ни разу не пожалел, потому что в жизни от этого одни приобретения. Когда учишься, ты же на себя работаешь, на своё преображение. Вот ты ничего не умел, не мог, и вдруг начинает получаться, и это такая радость! Причём, всё зависит от тебя самого, и, если ты не можешь, претензии только к себе. Может быть, ты мало трудишься? Нет, всё-таки здорово, что я здесь. Круг знакомых, друзей у меня расширился. Всё-таки, в храме совсем иной народ, у него другая шкала ценностей, и это очень хорошо чувствуется. Когда я говорю «брат» или «сестра», я говорю совершенно искренне, в этом нет никакого преувеличения и пафоса.

Обыкновенное чудо

– Вы оглохнуть не боитесь? – не удержавшись, задаю свой глуповатый вопрос, постояв на колокольне минут десять. Колокола, отзвонив, всё ещё продолжают гудеть. Всё-таки, если бы от звона глохли, звонарей не стало бы совсем, и никакая школа не поможет.

– Поначалу мы пытались наушники надевать или беруши, – улыбается Александр Ипполитов. – Но решили, что это слишком большая жертва, потому что сами перестали получать удовольствие от звона. Звон сквозь наушники слышится как удар поварёшки о кастрюлю. Хотя, если звонить на благовестнике 4,5 тонны, я бы надел наушники. Не потому что боюсь оглохнуть, а потому что свой голос после такого удара некоторое время кажется «фальцетом Буратино». Довольно неприятное ощущение. Но это всё быстро проходит. А с другой стороны, благотворное влияние колокольного звона тоже безусловно и бесспорно. Это колоссальные вибрации, тут не только духовный компонент, но и физический подключается. Каждая клетка начинает вибрировать, резонировать с колоколам. У нас на колокольне образовался свой ритуал. Когда звонят в благовестник, а он после удара долго гудит, звонари прижимаются к нему лбом и так стоят. Получается микромассаж сосудов головного мозга. Мы просто уверены, что колокола лечат.

А недавно звонари собрали на диск Иркутские Пасхальные звоны. Записывали в Иркутске, ездили в Усть-Куду, Урик, все крупные храмы объехали. В общем, теперь есть диск, есть текст для буклета. Надеются выпустить широким или хотя бы не очень широким тиражом. Пока денег не хватает, но когда-нибудь обязательно случится очередное чудо, и они появятся. Всё-таки, в новейшей истории, это первая школа колокольного звона в Иркутске. И она будет существовать, пока есть в городе неравнодушные люди, которым просто так жить слишком скучно. А с ними вечно происходят чудеса.

Елена Трифонова