На благоустройство Спасской церкви

В нашем храме вы можете оставлять записки для молебна за своих близких, умерших некрещеными, для передачи их в храм св. мч. Уара в селе Тихоновка.

 

Диакон

Диакон Игорь Бакшеев служит в храме Ксении Блаженной, который пристроился под боком у Ивано-Матрёнинской больницы. Не случайно именно в этом храме при больнице, возникло православное сестричество. Сёстры опекают брошенных малышей, которые прежде чем отправиться в детские дома, попадают в «Матрёшку». Отец Игорь тоже тесно связан с медициной. Он занимается реабилитацией инвалидов с травмами позвоночника, до последнего времени работал в «Центре Дикуля». Но об этом – совсем другая история.

В 1991 году отец Игорь Бакшеев, а тогда ещё просто Игорь, учился на биофаке, специализируясь на «физиологии человека». Его очень интересовало всё, что связано со здоровьем человека, потому что с детства он хотел стать «силачом». Между прочим, было в кого. Его дед, родом из казаков, обладал недюжинной физической силой. Да и сам отец Игорь – богатырь и силач, под два метра ростом. С юности он занимался спортом, и по его собственным словам «был просто помешан на здоровом образе жизни». Именно в то время он оказался причастным к созданию «Центра Дикуля». Центр только создавался, и были нужны кадры грамотные, а главное – инициативные. Собрали, кого могли, и отправили в Москву учиться к Валентину Дикулю.

Ребята проучились около двух месяцев, узнали, что такое реабилитация людей со спинномозговыми травмами. Вернулись в Иркутск и начали работать.

- Но я проработал не долго, - признаётся отец Игорь. - Время было сложное, началось предпринимательство, и я в некотором смысле попал в струю. Появились лёгкие деньги. В центре, напротив, нужно было много трудиться, при небольшом заработке и туманных перспективах. В общем, я был одним из первых, кто оттуда сбежал.

Ну а что может удержать человека сильного, и убеждённого что «в здоровом теле – здоровый дух», около чужого, немощного калеки, прикованного к инвалидной коляске? Тем более, когда есть деньги и головокружительные перспективы, и жизнь в общем прекрасна и удивительна…

- До армии я совершенно не верил в Бога, был убеждённым атеистом, - говорит отец Игорь. - А вот в армии стал верить, так уж получилось. Но настоящим переломом для меня стала смерть близкого человека. Вся жизнь разделилась на «до» и «после». Я стал очень много читать духовной литературы. Раньше я, как и многие люди, брался за Библию, открывал её, потом снова закрывал. Многое мне было непонятно. А тут вдруг взялся за неё, и не мог оторваться, пока не прочитал от корки до корки. И не только прочитал, но и запомнил. Чтобы прочитать Библию, нужно иметь духовную жажду, которая даётся только от Бога. Это совершенно необъяснимо. Конечно, многое всё равно осталось не понятным, но я понял главное - нужно как-то двигаться дальше. Следующий вывод был таков: в Бога верить – это хорошо, но без Церкви никак не обойдёшься. Кому Церковь не мать, тому Бог – не отец.

Раньше я верил, но без Церкви, думал, что мне посредники в отношениях с Богом не нужны. Я ведь родом из советского времени, а нас учили что попы – жулики, дурят народ ради того чтобы карман набить. У меня появилось чувство вины перед Церковью, за то, что я её осуждал. Раз виноват, нужно вину искупать. Тогда решил я бросить все свои дела и пару месяцев потрудиться на восстановлении храма. Сказано-сделано. Я оставил все и пришёл в Князе-Владимирский храм, в Рабочем, его восстанавливал отец Владимир Комарницкий. Поработал два месяца, как было решено, собрался уходить. А там старушки такие были, какие обычно при церквях бывают. Они мне вдруг говорят: «Не имеешь права уходить». Это конечно, ерунда, все мы люди свободные, и я мог уйти. Но в тот момент я их послушал с доверием. Ещё пару месяцев поработал, потом ещё…

Нужно сказать, что отец Игорь очень радикально пришёл помогать храму, он там просто поселился и жил. На моё недоуменное «а зачем», только плечами пожимает.

- Ну как «зачем», чтобы время на дорогу не терять. Я же решил во Славу Божью поработать, вот и работал, не теряя времени. Там же и крестился. Много чего я там узнал, конечно. Службу изучил, стал легко читать на церковнославянском.

Так прошёл год. А потом пришли люди из управления епархии и говорят: «Готовься, тебя будут рукополагать в диаконы». Никто не спросил его согласия, просто поставили перед фактом. Конечно, и в этом был особый смысл. Наверно, так проверялось его решимость и смирение. Игорь Бакшеев подумал-подумал, и решил, что надо сдаваться. Раз Церковь сказала, значит - надо. И стал он отцом диаконом.

- Но всё-таки совесть мне покоя не давала из-за того, что я бросил своих инвалидов, - продолжает свой рассказ отец Игорь. - Тем более, что из центра мне несколько раз звонили, даже домой приходили, просили вернуться. Я всё время отказывался. А потом, когда принял сан, решил что не могу больше бегать от своего креста, буду совмещать служение и работу в «Центре Дикуля». Так я вернулся сюда, и с тех пор работаю.

Не всё складывалось просто. Поначалу руководство смущали иконы, которые отец Игорь принёс в Центр. Говорили так: «Мы знаем, что ты верующий, служишь в Церкви. Вот и служи в храме. А здесь светское учреждение». Но сейчас иконы повсюду, есть даже часовня Ильи Муромца. И никто из пациентов этим не возмущается, наоборот, люди тянутся к вере.

С пациентами отец диакон прежде всего, дружит, и основа этой дружбы - вера. В какой-то момент начались совместные поездки по святым местам, по монастырям. Много раз ездили в Израиль. Летом обязательно уезжают отдыхать на Байкал.

- Это не я их собираю, инициатива всегда исходит от них, рассказывает отец Игорь. - Сидим, чай пьём, и вдруг кто-то поднял тему, другой поддержал. Так слово за слово, и оказывается, все уже договорились, и смотрят на меня: отец Игорь, когда поедем? Каждый раз это получается спонтанно. Звонят отовсюду, даже из других регионов. Ничего не остаётся, как назначить время и поехать, в самом деле. Когда здоровые просят, я могу отказать, но этим людям отказать невозможно.

Вот тут особенно пригодилась его сила, которой наделил Господь с избытком. В пути ведь всякое бывает, порой надо коляску перетащить, поддержать, подбодрить и подсадить. Не каждый так сможет, а вот отцу Игорю вполне по силам.

- Первый раз мы ездили в Петербург, вспоминает наш собеседник. - В то время для инвалидов было больше льгот, можно было раз в год взять бесплатный билет на самолёт. В группе было шесть колясочников и пара здоровых ребят, которые помогали. Поездка обошлась в сущие копейки, истратили примерно тысячу рублей. Теперь даже не верится. Дорога была бесплатная, жили в монастырях, там тоже денег не берут. Просто приезжай и живи. У кого-то оказались в Петербурге знакомые, которые предоставили микроавтобус. Но основное время, конечно, перемещались на метро, на трамваях.

Конечно, в первый раз была совершенная неуверенность. Но с каждым разом становилось всё спокойнее, потому что Бог помогает всегда и обязательно. «Сила Божья в немощи совершается». Инвалиды теперь тоже не боятся. Конечно, проблем очень много, попробуйте передвигаться по городу на инвалидной коляске! Это очень мужественные люди. Но с Богом везде хорошо и всё можно преодолеть. Последний раз ездили в Иерусалим группой из пяти колясочников.

- Почему Вы до сих пор не приняли сан священника?

- Дьякон – это украшение службы, его всех больше видно и всех больше слышно. Он только таинства совершать не может. Каждому – своё. Есть много людей, которые хотят быть священниками, стремятся к этому и не видят себя вне этого служения. Ну и пусть будут. У меня такого стремления нет, я не чувствую в себе готовности к этому. Для этого нужен призыв Божий, на который человек откликается. Мне, конечно, предлагали, но я морально не готов. Зачем же я буду занимать чьё-то место?

Я думаю, что мое место здесь. Мне вообще порой кажется, что больные люди Бога лучше чувствуют, чем мы, здоровые. Когда мы здоровые да счастливые, нам же не надо ничего. Или бывает, что всё плохо, но мы в такой суете, что нет времени просто остановиться и подумать о самом главном в жизни. У них всё это есть. Есть большая скорбь, и есть время, и они очень часто приходят к Богу. Болезнь смиряет человека. Ещё вчера он был такой сильный, независимый, а сегодня сам себя не может обслужить без посторонней помощи. Вначале человек падает духом, а потом начинает бороться. Но в какой-то момент он смиряется, и тогда Бог посещает человека.

- Исцелялись на вашей памяти?

- После перелома позвоночника, паралича, исцеление наступает очень и очень редко. Я работаю с парализованными людьми, либо получившими черепно-мозговые травмы и травмы позвоночника. Может быть, 20% после такой травмы начинают передвигаться самостоятельно. Они могут многого добиться, но самостоятельно встать и пойти - не могут.

- Вера помогает в борьбе с болезнью?

- Был случай, когда мы поехали в один монастырь. Человек с незаживающим пролежнями, которые вырезали и зашивали много раз, помазал больное место освящённым маслом, и всё зажило за три дня. Другой помазал ошпаренную ногу маслом, привезённым из Киева, и нога зажила. На вторую ногу масла не хватило, и рана на ней осталась. Таких случаев очень много. Но дело в том, что люди верующие гораздо быстрее и успешнее проходят процесс восстановления и реабилитации. Может быть, Бог помогает, а может быть, это оттого, что здоровый образ жизни ведут, не пьют, например, и не дерутся.

- Неужели инвалиды тоже пьют?

- А что делать? Тяжело им, упадок духа сильнейший, а куда-то выплеснуть это надо. Если человек неверующий, выхода у него практически нет, вот и упиваются, даже до драк дело доходит. Редко, но бывает. С верующими проблем меньше. Если неверующие просятся с нами куда-то поехать, я крепко подумаю, прежде чем взять его. Просто не знаешь чего от человека ожидать, а ответственность огромная. Бог, конечно, никого не оставляет, но человек сам не просит помощи. А без помощи Божьей – никуда. Но если он верующий - я с ним хоть на Северный Полюс.

Елена Трифонова