На благоустройство Спасской церкви

В нашем храме вы можете оставлять записки для молебна за своих близких, умерших некрещеными, для передачи их в храм св. мч. Уара в селе Тихоновка.

Дети-сироты, оставшиеся без попечения родителей, детской школы-интерната № 4 ждут крестных родителей. Пожалуйста, отзовитесь, добрые православные сердца. Обращаться в свечную лавку.

Тел: 8-914-88-973-73

Борющиеся со страстью пьянства могут прийти на собрание «анонимных алкоголиков». Узнавать у Сергия, тел.: 8-914-000-35-22.

Родители, обеспокоенные тем, что их дети впали или могут впасть в наркозависимость приглашаются на беседы, которые проходят по средам, в 19.00.

Если у вас есть икона, которая нуждается в реставрации, вы можете обратиться в реставрационную мастерскую. Тел.: 8-914-939-04-47, Андрей Карпов.

В храме ведется сбор пожертвований для малоимущих жителей деревень: одежда, домашняя утварь, бытовая техника и т. п. Любую другую информацию, касающуюся храма, можно получить по телефону 20-15-52.

Воскресная школа для детей «Казачий спас». Руководитель — Александр Иванович Михалёв, тел.: 8-914-880-78-01.

 

Путь добра

Поначалу Лена никак не хотела принимать приглашение на воскресный кинолекторий «Спас на Ангаре», который открылся в нашем храме. Оно и понятно. Эту девушку трудно поймать на месте, ей вечно не хватает времени. В воскресенье после обеда она должна ехать в хоспис к дедушкам и бабушкам. Нужно расписать игрушки по детским домам и развезти их. И, наконец, давно пора сводить крестника из детского дома на Причастие. А ведь ещё есть дети, которые лежат в онкологии и тубдиспансере. Все вечера после работы и все выходные у неё заняты такими вот делами. Но всё-таки она пришла на нашу первую встречу. Очень уж близкой оказалась тема, которой был посвящён первый кинолекторий - «Милосердие». Фильм «Форпост», который мы смотрели в тот раз, о многом заставил задуматься. Может, поэтому и разговор получился таким откровенным.

Крестные дети

У Лены есть крестник, 10-летний детдомовский мальчишка по имени Павел. Крестник только один, ведь если их человек 20, между ними можно просто разорваться, а толку от этого будет мало. «За крестника нужно не только молиться, но по возможности, быть рядом, - уверена Лена. - Потому что быть крёстной мамой – это очень большая ответственность и перед Богом и перед своей совестью». Конечно, в детский дом Лена приходит ко всем. Сюда просто невозможно приходить к кому-то одному, потому что каждый из этих детей требует от тебя хоть каплю внимания, хоть улыбку, взгляд. Но Паша знает, что Лена только для него крёстная мама. Крестник считает тебя только своим, вот в чём дело. Поэтому на Причастие, например, Лена обычно водит только Павла. Ещё они ходят в походы. Просто гуляют по городу, заходят в зоопарк, и музеи.

Однажды она привела его в гости к себе домой. Он впервые увидел духовку, а Лена увидела Павлика другими глазами. Было очень трогательно смотреть, как ребёнок открывает для себя новый мир самых простых домашних вещей. Хотя о жизни эти дети знают гораздо больше, чем мы, причём совсем не детских вещей. Маленький мальчик Сашка из «Солнышка» совсем недавно начал говорить. Когда его привезли, он не хотел спать на кровати, а спал под ней. Он так привык, потому что дома на кровати спала мама с чужими дядями, а Сашка спал под кроватью. Однажды мама уехала на КАМАЗе, Сашка бежал за ним сколько мог. Но КАМАЗ ездит быстрее, чем бегает 4-х летний ребёнок, и скоро малыш отстал. Мальчишка вернулся домой и целый месяц прожил один в пустом доме вместе со щенком. Сашка кормил щенка хлебом, а когда весь хлеб закончился, сердобольные соседи отдали ребёнка в приют.

- Как ребятишки тебя называют?

- По-разному, и я спокойно к этому отношусь. Там нет места сентиментальности. Они всех называют «мама», это не повод закатывать глаза. И потом, они там не бедствуют. Далеко не каждого ребёнка в семье кормят пять-шесть раз в день, не у каждого дома есть чистые белые простыни. У этих детей нет самого дома, у них мало любви, вот этим они отличаются от других. Есть и «злобные карлики», есть «вечные мальчишки», как прозвучало в фильме. Но если ты протянешь им руку, они протянут в ответ. И тогда, может быть, когда-нибудь, они протянут руку помощи другому. Вырасти совсем без доброты, без любви – это страшно.

Кто-то отзывается сразу, кто-то через год, но отзываются обязательно. Одно время я работала в районе Ивано-Матрёнинской больницы. В обеденный перерыв ходила гулять с отказниками, которые там лежат. Это совсем маленькие ребятишки до года. Никто с ними не гуляет, потому что рук не хватает, медсёстры не справляются. Там дети тоже разные. Помню, когда мне первый раз дали этот комочек, трёхмесячного ребёнка, для меня это было целое событие. Я абсолютно не знала, как с ними общаться, о чём говорить. А говорить нужно было, я это чувствовала. Тогда я стала читать им Бродского, Цветаеву, Ахматову… Потом в моём репертуаре появились песни. Например, «Ветер перемен», романсы.

- «Уронили мишку на пол» в голову не приходило?

- Нет, об этом я даже не подумала! Я им читала то, что сама знала. Один мальчик был у меня благодарным слушателем, ему всё это очень нравилось. Была девочка, которая не любила ни Ахматову, ни Цветаеву, ни «ветер перемен». Она любила слушать музыку в моём телефоне и качала в такт ножкой. Кто-то на улице сразу засыпает. Но была там одна девочка, её сейчас перевели в Дом малютки в Ангарск. Она была очень неспокойная, мне с ней было трудно. Она всё время вырывалась, не могла спокойно сидеть на месте. Спустя месяц она впервые заснула у меня на руках, и я поняла, что этот человек мне доверяет. Потому что, когда человек спит, он становится беззащитным. Много было хороших, замечательных ребятишек, которых хотелось положить в нагрудный кармашек и унести с собой.

«Делай добро и бросай его в воду»

Большое всегда начинается с малого. Вот и у Лены всё начиналось с маленьких шажочков. Однажды она стояла на вокзале в очереди за билетами. Лето, жара. А очередь большая, самый сезон всё-таки. Зашёл мужчина без ноги, ему было лет 40 на вид. Девушка стояла уже около окошка, а за ней очередь - человек 20. Человек без ноги зашёл, и никто не обратил на него внимания. Подумаешь, событие! Он потоптался у входа и встал в конце очереди, как все. Было видно, как ему тяжело стоять на костылях.

-Мне трудно было выломиться из этой очереди, подойти к калеке и впустить его на своё место. Ничего особенного я не сделала. Но если ты не привык, тебе приходится бороться и себя ломать. Этот мужчина купил билеты, посмотрел на меня и сказал спасибо. Это «спасибо» и благодарные глаза были мне самой лучшей наградой.

- Можно сказать, что в детский дом ты пришла с вокзала…

- В общем, да. Узнав радость духовную, ты понимаешь, насколько радость материальная мимолётна и слаба по сравнению с этим чувством. Его хочется повторить снова и снова. Мы думаем: мало денег, надо больше, мало удовольствий, надо больше. Происходит подмена понятий. Истинная радость не в том, чтобы получать, а в том, чтобы отдавать. Потом всё произошло чудным образом, по воле Божьей. Стоит только подумать, и Господь всё устраивает. Так Господь и привёл меня к тому, чем я сейчас занимаюсь, и надеюсь не оставит в будущем.

В хосписе Лена выполняет работу сестры милосердия. Да, это очень тяжело. Но Лена говорит, что там ей нравится больше. К детям приходишь, и вот она радость – на ладони лежит. Бери и радуйся. А в хосписе радость другая - вымученная. Она не сразу даётся. В первый день, уже через час Лене хотелось убежать, куда глаза глядят, упасть на землю и волком выть. Дело не в том, что приходится памперсы менять старикам. Это и есть работа сестры милосердия: памперсы менять, ногти стричь, брить, кормить. Морально тяжело. Но и физически тяжело, потому что приходится продираться через собственную брезгливость, ломать свою гордыню. Помогает только одно - делать и не рассуждать. Именно так приобретается самая большая драгоценность – смирение. Ну а если бабушка ещё руку поцелует, скажет: «Какое счастье, что вы пришли», ты что угодно готов за это сделать.

В хоспис приходят разные люди: православные, протестанты, баптисты, евангелисты. Приносят книги, пытаются обратить в свою веру. Например, католики помогают финансами. «Но за больными ухаживают почему-то только православные, - говорит Лена.- А совсем без веры там нельзя. Неверующих я там не встречала. Потому что в каждой палате, у каждой койки стоит смерть. Там очень страшно. Болезни, страдания, язвы, экземы. Там очень хорошо понимаешь - ничто в этом мире не вечно и никто не застрахован».

- Работы – поле непаханое, а людей мало. Но когда знаешь, что кто-то есть, что рядом плечо, на которое можно опереться - это счастье. Когда я пишу в ЖЖ о том, что нужна помощь, не было случая, чтобы я её не получила. Господь всё устраивает, и люди откликаются. Это тоже счастье. Конечно, без Бога ничего не получается.

Имеющий очи – видит

«Господь всё устраивает, - говорит Лена. - Нужно только помнить, что ничего ты сам не делаешь, Господь делает через кого-то. Иногда через тебя. Но для того, чтобы Он мог действовать через тебя, приходится постоянно работать над собой». Это трудно. Но тем, у кого получается, Бог даёт особые глаза, которые видят чужое страдание и чужую нужду. Честное слово, не каждый из нас это умеет.

По вечерам, в выходные и праздники Лена ездит в хоспис, к детям, к старикам. А днём - работает в чистом, красивом офисе. Но для неё это – причина постоянных метаний. Потому что, когда Господь показал альтернативу другой жизни, другой радости, кардинально меняется система ценностей и больше не хочется уютного уголка, достатка, не хочется «потеплее» устроиться. Окружающие относятся к её деятельности по-разному. Кто-то считает героиней. И тогда начинаются искушения. Поэтому лучше держаться в тени, и молча делать своё дело. А кто-то пальцем у виска покрутит, скажет: зачем ей это надо? Но это надо, потому что «вера без дел мертва». Главное, с каким сердцем ты делаешь дела милосердия. Пройти по этой узкой тропинке, не впасть в тщеславие, самолюбование, осуждение тех, кто не делает – очень трудно.

- Лена, планы на будущее строить – занятие неблагодарное. Спрошу иначе: чего тебе хочется больше всего на свете?

- Хочется уметь не пройти мимо Человека. Больше всего боюсь, что на Страшном Суде Господь скажет: «Мне было так плохо, Я так ждал от тебя хоть доброго слова, хоть копеечки, почему ты прошла мимо?». Ведь когда – нибудь, всё спросится. Что тогда ответишь: мне некогда было, настроение было плохое?

Ещё хочется опять пойти в Крестный ход. В прошлом году я ходила в Крестный ход по Алтаю, посвящённый иконе Казанской Божьей Матери. Много там было чудес, но самое большое чудо – в людях. Когда совсем плохо там можно уткнуться в плечо незнакомого человека, как своего родного брата, и плакать. Там грех острее воспринимается. Здесь суета нас делает бесчувственными, мы не замечаем греха, не видим его. А там – походные условия, в которых ты забываешь о теле, зато чистишь душу. В первые дни после Крестного хода, когда ты уже и тело отчистил, и душа ещё не запачкалась, чувствуется удивительная благодать. Её потом не хватает, и душа плачет, тоскует, зовёт.

интервью провела
Елена Трифонова
Фото: Фотосайт.ру