Дети-сироты, оставшиеся без попечения родителей, детской школы-интерната № 4 ждут крестных родителей. Пожалуйста, отзовитесь, добрые православные сердца. Обращаться в свечную лавку.

Тел: 8-914-88-973-73

Борющиеся со страстью пьянства могут прийти на собрание «анонимных алкоголиков». Узнавать у Юрия, тел.: 8-914-893-53-74.

 

В круге света

- Маша, а ты не хочешь окреститься? — поинтересовалась я у жены брата, когда выяснилось, что она ждёт ребёнка.

- Не хочу. Я в Бога верю, в душе… А в церковь — не верю. Зачем креститься, не понимаю.

Я попыталась объяснить, но тщетно. Тогда просто махнула рукой — как хочешь. Я предложила, свой «долг» выполнила. Только где-то в душе тупой иголкой засела тревога— ну как она будет рожать? Сама на ребёнка похожа, хрупкая, беззащитная, на лице — одни глаза, как звёзды.

Милена родилась в жаркий августовский день. Мой брат, Андрей, счастливый и немного растерянный, сообщил: «Роды прошли нормально, мать и ребёнок чувствуют себя хорошо». — «Ну, а ты как? Чувствуешь себя отцом?» — не удержалась я от глупого вопроса. И получила достойный ответ: «Кажется, чувствую….» Когда малышку привезли домой, родственники собрались у кроватки. В голове промелькнуло: «Наша девочка, родная кровь…» Это и была первая встреча.

А на следующий день, точнее ночь, Милена попала в реанимацию. Оказалось, девочка родилась тяжело больная. Позже врачи поставили диагноз — порок развития, расщелина мягкого нёба и дырочка в сердечном клапане. Если опустить медицинские подробности, это значит, что в глотке не создаётся вакуум, и младенец не может сосать молоко. Фактически три первые дня жизни малышка вообще не ела. Те капли материнского молока, которые всё-таки попадали в рот, через расщелину затекали в дыхательное горло. Из-за этого она получила воспаление лёгких на третий день жизни. Новорождённая катастрофически быстро теряла вес, просто таяла на глазах. В больнице она сразу попала в реанимацию, под капельницу. Потом долгое время кормили её только через зонд, кололи антибиотики. Но это было позже. А сначала врачи ничего не могли сказать, требовалось обследование. В ту, первую ночь, была полная, оглушающая неизвестность. Ясно было одно — девочка висит между жизнью и смертью.

Ночь. Лампадка горит, бросает отблески на лики Богородицы и Спаса Нерукотворного. Все в доме спят. Моя дочка дышит легко, чуть слышно. А где-то в ночи горят мертвенно-голубые лампы приёмного покоя больницы. Плачет Маша, Андрей молчит и смотрит в пол тяжёлым взглядом. Такого взгляда у него раньше не было. В конце концов, их отправили домой, чтобы не нервировали врачей. А крошечная девочка осталась одна.

И ничем нельзя помочь. Ничем. Или всё-таки можно? Кто знает, в каких недрах человеческой души рождается молитва. Может быть, Бог даёт её, когда ты всё готов сделать для другого, и … не можешь ничего. Тогда из самой глубины отчаяния рвётся крик: «Царица моя Преблагая, Надежда моя, Богородица! Моление тёплое, стена необоримая… Зришь мою беду, зришь мою скорбь… Помоги, возьми нашу девочку под Свой Покров и Своё Заступление». Я встаю перед образами, закрываю глаза и словно вхожу в круг света. В этом круге стоят — Андрей и Маша, и её мама, и наша мама. Только Миленка не стоит. Мы держим её на руках: «Вот, Господи, человек пред Тобою». Не знаю, сколько прошло времени. Но настал момент, когда слёзы высохли, и появилась удивительная уверенность — всё будет хорошо.

Не сразу Милена пошла на поправку. До сих пор квартиру по запасам лекарств можно сравнить с филиалом небольшой аптеки. И ухода за девочкой требуется больше чем за здоровым ребёнком. Неизвестно, зарастёт ли дырочка в сердце без хирургического вмешательства. Остаётся только удивляться, как наша хрупкая Маша со всем справляется. И ни разу не пожаловалась.

- Маша, давай Миленку окрестим, она уже большая, четыре месяца скоро.

- Давай. И меня тоже.

Крещение маленькой Миленки и большой Маши состоялось в первую субботу Рождественского поста в храме Спаса Нерукотворного. Я стала крёстной. Мне даже не предлагали, сама напросилась. Родители беспокоились, а вдруг малышка испугается, или кушать захочет, или просто реветь начнёт? Но малышка смотрела на иконы, на огоньки свечей и улыбалась во весь свой беззубый рот. «Быть крёстным — большая честь, но и большая ответственность. Крёстные родители отвечают за крестников перед Богом. Вы должны довести их до первой исповеди», — объясняет отец Александр Беломестных. Я слушаю, и становится страшно: что я о себе думаю, я точно не справлюсь. Но должна. Эта крошечная девочка подарила мне что-то очень важное, и значит, я в долгу перед ней.

Мы живём в такое странное время, когда дети приводят родителей к Богу. Для того чтобы потом родители привели к Богу детей. Когда я держу Миленку на руках, она смотрит мне в глаза и улыбается. И мне кажется, она знает, что у нас с ней есть тайна. Мы друг друга ведём к Богу.

раба Божия Елена