Дети-сироты, оставшиеся без попечения родителей, детской школы-интерната № 4 ждут крестных родителей. Пожалуйста, отзовитесь, добрые православные сердца. Обращаться в свечную лавку.

Тел: 8-914-88-973-73

Борющиеся со страстью пьянства могут прийти на собрание «анонимных алкоголиков». Узнавать у Юрия, тел.: 8-914-893-53-74.

Воскресная школа для детей «Казачий спас». Руководитель — Александр Иванович Михалёв, тел.: 8-914-880-78-01.

 

ПАСХАЛЬНАЯ СКАЗКА, или Глас радости для дочки

Не бывало ли с вами так: читаешь, читаешь молитвы, а мысли о суете земной; восклицаешь «Боже, помоги мне!», а сердце немо; кладёшь поклоны, а душа столбом соляным стоит… Но лишь коснется слуха чистый звук молитвенного пения церковного хора, как «соляной столб» растворяется и изливается покаянными слезами… Церковное пение — эхо ангельских хоров, золотая струна, соединяющая наши сердца с горним миром. На Руси к певчим всегда было отношение особое: их почитали, о них заботились, их жалели, как человеков Божиих. И в наши дни такое отношение к клирошанам в общем-то сохраняется. И многие хотят узнать — а кто же они, люди, поющие Богу. Сегодня мы представляем регента храма Спаса Нерукотворного Образа. Ее зовут Таисия ВАСИЛЬКОВА, и у неё, как у всякого, — свой путь к Храму.

Накануне ли судного часа,

В Воскресенья ль немыслимый час,

Хоровые церковные гласы

В моём сердце, доселе ненастном,

Пробуждают божественный глас…..

 

— Мне кажется, что в Бога я верила всегда, — рассказывает Таисия. — Маленькая, всегда мучила папу вопросом «Кто такой Христос? Правда ли, что он был, или просто сказка?». А он всегда мне отвечал: «Не знаю…» А в седьмом классе мы поехали на экскурсию в Волгоград, и проезжая Москву, зашли на какое-то монастырское подворье. И меня там объял какой-то трепет, и я купила крохотную иконочку (до сих пор не могу прочитать названия, потому что его почти не видно). Вернувшись домой, прибила её над кроватью, хотя никто меня ничему не учил. Потом нашла у мамы в «соннике» молитву «Отче наш…» Меня не заинтересовали никакие астрологические толкования снов, а вот за молитву, причем на церковно-славянском языке, зацепилась, и выучила её наизусть, и уже читала каждый день. Мало того, ещё и подружку заставила ее выучить. В «музыкалку» на экзамены идем — прочитаем «Отче наш», и уже не страшно… Маму я все время просила, чтобы она покрестила меня. Но ей все как-то было вроде некогда, но все таки собрались, поехали в Михайло-Архангельский храм и отец Каллиник меня окрестил. Мне было 14 лет. Правда, после этого в храм мы ходили очень редко — только на Пасху или за святой водой. И вот в 1994 году от рака крови умирает мой старший брат. Отец Каллиник перед самой смертью успел его окрестить. И после этого крещение принял мой папа, и мы все и навсегда пришли в Церковь. Вот таким путем привел нас Господь… И своей подруге Маше я тогда, сказала: «Надо идти к Господу самому, чтобы Ему не приходилось приводить нас иными путями». Сейчас она тоже — регент в Троицком храме в Хомутово.

Вместе с воцерковлением пришло и желание петь на клиросе. Тая была девушкой музыкальной. Но все же оказалось, что научиться церковному пению не так-то просто. Учение давалось, можно сказать, потом и слезами. Первый серьезный «дебют» состоялся на Пасху во вновь открытом Богоявленском соборе. Там же, по стечению обстоятельств, пришлось впервые себя испытать в роли регента. Опыт оказался плачевным, потому что молодые певчие практически ничего не знали, и ей довелось в одиночку «вытягивать» всю службу. А отец Дионисий, служивший тогда в Богоявленском храме, вышел и пошутил: «Таисия, дак ты, оказывается, еще и петь умеешь!»

Но после этого стало легче, нарабатывался опыт, появлялись новые знания. Одновременно девушка училась в педагогическом колледже и училище искусств. Вместе с подругой Марией три года пели в Троицком храме в Хомутово. После замужества и рождения сына Жени пела в Троицком храме Иркутска. Вплоть до открытия Спасского храма. Здесь для Таисии начался поистине новый этап в жизни. Здесь она обрела не только призвание, но и семейное счастье.

—Мое первое замужество оказалось тем «ожогом», после которого я, что называется, «поставила крест» на своей личной жизни. У меня был храм, Женька, была работа в школе, церковные службы, друзья… Но вот наши батюшка с матушкой, которых я давно и раньше знала, решили порадеть за меня: в прошлом году как раз на Пасху, после богослужения подвели меня к человеку, который взялся меня подвезти до дому. Это оказался Алексей Васильков, который с отцом Александром работал в Комитете по молодежной политике… На третий день он предложил мне руку и сердце. Я, естественно, опешила и стала мучиться вопросом: «А стоит ли мне вообще начинать новую жизнь?» Но он был настырным… И в конце концов поставил меня в такие условия, что ничего другого не оставалось, как венчаться. А после венчания мы поехали в Большое Голоустное, где Алексей заказал корабль, и мы со всеми гостями поплыли в бухту Ушканья Падь…

В общем, это была почти сказка, о которой мечтает всякая женщина. Вот есть рождественские истории, которые обязаны заканчиваться чудом. А у нас получилась пасхальная. И сейчас она продолжается. У Женьки совсем скоро появится сестричка. Но свою вторую Пасху в Спасе Таисия собирается петь полностью, без поблажек. И счастливо дитя, которое в утробе матери услышит глас самой полной радости человеческой о спасении: Христос Воскресе!

Ксения Пасечникова