В нашем храме вы можете оставлять записки для молебна за своих близких, умерших некрещеными, для передачи их в храм св. мч. Уара в селе Тихоновка.

Дети-сироты, оставшиеся без попечения родителей, детской школы-интерната № 4 ждут крестных родителей. Пожалуйста, отзовитесь, добрые православные сердца. Обращаться в свечную лавку.

Тел: 8-914-88-973-73

Продолжаются встречи в КЛУБЕ МОЛОДОЙ СЕМЬИ по понедельникам, в 18 ч. Тел: 8-914-934-98-67.

Борющиеся со страстью пьянства могут прийти на собрание «анонимных алкоголиков». Узнавать у Юрия, тел.: 8-914-893-53-74.

В храме ведется сбор пожертвований для малоимущих жителей деревень: одежда, домашняя утварь, бытовая техника и т. п. Любую другую информацию, касающуюся храма, можно получить по телефону 20-15-52.

 

Стою под колоколом неба

Мы уже не раз упоминали о действующей в нашем храме Школе звонарей, где собрались увлеченные, способные к вдохновению люди. Среди них с некоторых пор находится журналист Александр Ипполитов, который записал откровения своих коллег-звонарей. Начиная с себя…

Александр Ипполитов: «Я только било». Стою на колокольне под колоколами, всегда— под-, а не над. Я не могу смотреть на них свысока. Они столько повидали на своем веку! Для начала я смиренно попрошу их признать во мне звонаря. И лишь тогда решусь пригласить их к сотрудничеству.

Осторожно трогаю концы веревок, привязанных к языкам, беру их в свою пятерню, словно здороваюсь с колоколами, обменявшись рукопожатием. Я не спешу, я жду. Жду, когда колокола согласятся на диалог, и я почувствую это ….

Пора! И вот— первый удар в благовестную медь! И большой, уверенный в себе колокол басовито откликается. И снова удар. Затем еще ….

И начинается наша беседа. И вот уже подключились к ней зазвонные, легкие и говорливые, заливис­ тые и многоколенчатые, по-птичьи хлопотливые и общительные. И в лад, в мерный строй с ними заговорили деловитые альтовые, сдержанные и надежные в своем постоянстве и умеренности. И вот уже сложилось многоголосье, гулко-стройное, призывно-торжественное. И вот уже гремит и поет медь, колебля податливые воздуха!..

Гордый собою неофит, восторженный звонарь-новичок (как и я когда-то) наивно полагает, что это он производит созвучия трезвонов-перезвонов и мощные вибрации благовеста, переполняющие пространство. И лишь потом, много позже— после года напряженной и нудной, безблагодатной и беспомощной работы на тренажере и (что особенно значимо) после вдохновенного звона на разных колокольнях в Светлую седмицу — внезапно прозреваешь: звонарское искусство не сводится к равномерному подергиванию рук и ног, подвязанных к языкам колоколов. И осознаешь вдруг, насколько скромна твоя роль. Ты стоишь под огромным небесным сводом, под грандиозным колоколом Творца— куда там кремлевскому щербатому царю колоколов! Вот инструмент без мер и пределов, воспроизводящий музыку сфер! И тебе, маленькому, робкому, неумелому, лишь позволено участвовать в этом Священнодействии. И если повезет, если снизойдет свыше зов-призвание, а вместе с тем и помощь, только тогда и состоится главное событие в жизни звонаря: и уже не ты звонишь, ты лишь язык, било — тобою звонят, тобою-мною благовествуют. И добавить к этому уже нечего.

Анастасия: «Отзвони — и умри!». Я художница, моя профессия не лишена творчества. Но здесь, на колокольне, востребованы другие планы души. Звонарское искусство прежде было для меня далеко и недоступно, как полет в космос. Я и мечтать не могла о том, что буду учиться колокольному звону. А теперь уже и звоню в Знаменском монастыре. Одного боюсь: как бы мое звонарское послушание не стало для меня делом настолько обыденным, что я перестану ощущать волнение и благоговение перед этим священнодействием. И еще хуже, если я буду внешне благочестива и набожна, но о себе возомню, что я мастер и художник звона, что я ублажаю слух прихожан, а еще могу изловчиться и так, и эдак, чтоб поразить слушателей. Есть соблазн ощутить себя как на сцене, на подиуме, красоваться и рисоваться перед зрителем.

Иное дело — представить себе и знать про себя, что тебя никто не слышит, кроме Бога! Есть только колокола, ты и Господь! Вот тогда, думаю, возможно истинное смирение и послушание. Надо чувствовать себя так, будто это последний звон в твоей жизни: отзвони и умри!

Андрей: «Удовольствие для плоти, радость — для души, вдохновение— для Бога». Известно, что колокольный звон благотворно влияет на организм. Но здесь я ощущаю не только «кайф», то есть удовольствие, но и радость, благодать. Удовольствие для плоти, а радость для души. Испытывая удовольствие, я замыкаюсь на себе, на своих ощущениях и не могу поделиться этим с ближним. Радость же можно разделить с другим. И можно, и нужно! Ведь при этом происходит чудо: разделяешь радость, а она не дробится, не мельчает, не иссякает, а, напротив, преумножается!

Ольга: «Это — как первая любовь». Когда у меня начал получаться сложный рисунок звона, это было незабываемо и восхитительно, как первая любовь. Действительно, в колокольном звоне столько от любви к Богу и любви к ближнему! Когда касаюсь колокольных языков, я весь мир люблю, и все дурное отходит от меня. Я люблю и я свободна! Радость неописуемая! Вот почему для меня так значимо научиться звонарскому ремеслу.

Всеволод: «Мне оказана высокая честь». Мне давно хотелось послужить Церкви. Однако петь на клиросе я не могу, поскольку неразвит музыкальный слух. А вот на колокольне как раз и востребовано то, чем я располагаю: здесь нужны не столько мелодические способности, сколько чувства темпа и ритма. Я допущен к колоколам и расцениваю это как высокую честь, оказанную мне Господом.

Остается только набраться звонарского опыта. Когда получится исполнить партию с разнообразным рисунком звона без ошибок и помарок, то можно будет сосредоточиться и на своих ощущениях. Вот тогда и поговорим о вдохновении и радости.

Александр: «Втроем — единым духом». Особенную радость я ощутил в Пасхальную неделю, в Светлую седмицу, когда мы звонили во многих храмах и в разные колокола. Здесь я как-то разом развеял свою робость, даже страх перед колоколами и обрел свободу и легкость воспроизведения. Руки в какой-то момент (пусть пока и ненадолго) стали послушны тому порыву, что вызревает в сердце. Звонили втроем, ансамблем, и, внемля друг другу, ощущали слитность наших пульсов и дыханий, чувствовали дух един. И нам удавалось рождать тот звон, о котором мы могли только мечтать, занимаясь на тренажерах. Ведь это неописуемо, когда слышишь то, что сам и воспроизводишь на живых, звучных и согласных с тобою колоколах!

Фото Ольги Поповой