На благоустройство Спасской церкви

 

Ушёл близкий человек...

Известно, что сапожник всегда без сапог. И в нашем архиве сохранилось очень мало фотографий Сергея Федоровича. И совсем нет — вместе с Татьяной Ильиничной. Потому что один из них всегда был с фотокамерой. Этот снимок сделан в Светлое Воскресение Христово 2009 года. Сергей Федорович со священником нашего храма отцом Константином Мануйловым.

Визитка

На рассвете 21 июля многие из нас получили SMS-сообщения «Умер Сергей Федорович. Упокой, Господи, душу раба Твоего». Это отец Павел порадел о душе человека, фамилию которого нам не было надобности уточнять. Все его знали. И даже не будучи в тесном общении с ним, считали его человеком близким и родным. Встретишь на улице, в автобусе, и сразу как-то невольно заговоришь с ним о том, что волнует…

А за обложкой моего паспорта «сто лет» лежала его «самделишняя» визитка — на простой бумажке, отпечатанная на принтере. Кажется, я ни разу ею не воспользовалась, но она всегда оставалась в этом самом надежном (для меня — растеряши) месте. Единственная. Бывало, достану, хочу положить к пачке других, и … спрячу назад. Почему? Даже отчета в этом себе не давала. А теперь… так она и осталась за обложкой паспорта…

р. Б.Зоя

Был и остался нужным

С семьей Мороковых я познакомилась в библиотеке храма Архангела Михаила, когда только начинала помогать библиотекарю оформлять новые книги и готовить помещение к главному празднику года — Пасхе. Там же работала и Татьяна Ильинична. А Сергей Федорович начинал создавать видеотеку…

Случилось так, что библиотекарь уехала, и мне пришлось принять ответственность за уникальный книжный фонд. И тут самой первой и надежной опорой стали для меня супруги Мороковы… Ведь я пришла из мира еще не воцерковленной, и понятия не имея о духовной жизни, а значит, и о литературе духовной. Сергей Федорович очень спокойно, тактично, доброжелательно объяснял, направлял мои робкие, неумелые шаги. Вдвоем они помогали мне словом и делом, советом и вразумлением.

Основательно занявшись видеотекой, Сергей Федорович сам овладел компьютером и ознакомил с ним нас. С тех пор он стал неустанным видеолетописцем жизни не только Михаило-Архангельского храма, но и всей Иркутской епархии. По множеству просьб прихожан он распечатывал (множил) фотографии, переписывал кассеты и диски — и для библиотеки, и для личного пользования. В отведенном для видеотеки помещении его никогда невозможно было застать одного: к нему приходили, приезжали люди со всего Иркутска и даже области. Он никому не отказывал в помощи и совете, всегда что-то объяснял, рассказывал…

Его часто приглашали с видеокамерой на разные события и мероприятия. И они с Татьяной Ильиничной, которая была по сути его ассистентом, уезжали, часто на несколько дней. Снимали приходские праздники, строительство и освящение храмов, венчания…

Их необходимость во время отсутствия ощущалась особенно явственно. Люди все время спрашивали: «А где они? А когда будут?» Сергей Федорович рассказывал, что часто его находили дома даже ночью. И даже в этом случае, он не отказывал в исполнении просьбы. Быть нужным людям, служить ближнему — в этом ведь и заключается сущность жизни христианина. И когда я узнала, что Сергея Федоровича не стало, появилось ощущение, что ушел очень близкий человек. И нам, конечно, его не хватает…

Ксения Мокрецова

Рядышком…

Ушел из этого мира… Эти слова как-то не подходят к уходу Сергея Федоровича. Он словно переехал в другую епархию, где мир иной, преображенный — светлее, чище, теплее, о котором и мы мечтаем. Но что удивительно, со своим уходом он остался и с нами. Может, я еще не осознала? У меня нет чувства потери, а постоянное ощущение его присутствия. И дело совсем не в том, что и фильм для подруги, и любимые детские песни, и номер телефона, и наши разговоры, и планы на будущее — все тесно связано с душой этого большого человека. Я реально ощущаю: он здесь, с нами. Это трудно понять и объяснить. Возможно, именно потому и происходит особенность его ухода, что весь уклад жизни этого замечательного человека был созвучен православной стихии. Он словно ушел и не ушел.

Жизнь в православной стихии я понимаю так. Во-первых, он не был один, его невозможно представить одиноким. Их всегда двое: Сергей Федорович и Татьяна Ильинична. И на службе, и в общественном деле служения нам, неумехам, и в интересе ко всему тому, что происходит в нашем православном мире — всегда рядом с Сергеем верная, нежная, чуткая, заботливая Татьяна. И если вдруг ее рядом нет, то это только потому, что в данный миг она еще сильнее нужна внуку. Это была единственная причина ее отсутствия рядом. Эта пара — замечательный, назидательный всем нам пример того, когда двое уже одно целое — и, значит, Царство Божие уже пришло к нам на землю. Вот почему нам всегда так отрадно, тихо и покойно было в присутствии этой четы. Танечка по-христиански всю себя посвятила интересам мужа, которые со временем стали и ее интересами. Сергей снимает видеокамерой, а Татьяна фотографирует. Содержит дом, видеофонд мужа, принимает заявки, отвечает на звонки… Да мало ли забот-хлопот, но не это главное. Важно, что душа живет душой другого, а это уже евангельская степень.

Для православного человека никогда не было, нет и не будет ничего более важного, чем личное общение и единение с Богом, личное общение и единение с другими людьми. Именно утверждению этой позиции и служили Сергей и Татьяна. Служили и своим личным примером заботливых, чутких, понимающих друг друга супругов, и соединением людей в их общих интересах, и доброжелательным, общительным личным интересом к каждому, с кем свела судьба. Не секрет, что весь уклад современной жизни приводит людей к отчужденности, равнодушию, душевной глухоте. А рядом с этой парой мы оживали в своем богоподобии. Они не просто старались жить так, чтобы оставить после себя засеянное поле своей неугомонной деятельности. Они развивали в нас чувство действительности, чувство реальности присутствия Бога на земле, среди нас, в нас. Рядом с ними мы получали не только эстетические эмоции, но и приобретали твердые религиозные убеждения.

Стоит Татьяна на службе. Одна. Какой болью пронизано ее существо? Но за скорбью и недоумением вдруг просвечивает такая твердость духа! Это ее что-то новое, добавлением к прежней женственности и нежности. Милая Татьяна Ильинична! Вы с Сергеем Федоровичем по-прежнему являетесь для многих и многих из нас прочной опорой в этом эгоизмом пропитанном мире. Да спасет Господь души нас всех.

Надежда Королькова