На благоустройство Спасской церкви

 

С постом, с молитвою!..

Дорогие братья и сестры!

Началось прекрасное, светлое, высокое время Великого Поста. Мы вступаем в него под оглушительные звуки дрелей и стук молотков над головами. Продолжается ремонт. Потерпим. К Светлому Христову Воскресению засияют новые кресты и купола над нашим храмом. А затем обновятся стены, великолепные живописные картины на них. Всё будет почти так, как сто лет назад. Великая радость ждет нас. Ну, а теперь — Пост. Все мы в большей или меньшей степени знаем, в чем его значение, как должно достойно провести его. Однако, часто по гордыне или горячности своей ставим перед собой заведомо невыполнимые задачи. Берем на свои плечи неподъемные подвиги. А кто-то, наоборот, еще не начав поститься, уже думает, какие бы испросить у батюшки «послабления».

В книге Владимира Родина «Православный пост и современность» (Издательство «Трехсвятское», 2008 год) рассматриваются многие нюансы, которые полезно знать как новообращенным, так и уже давно воцерковленным людям. Во вступительной части дается и такое определение:

«…самой главной особенностью нашего времени является то, что по попущению Божию «приближаются дни, в которых многие не могут разобраться. Дни смуты и непокоя…», дни духовного оскудения рода человеческого. Вот как об этом пророчествовал древний патерик: «Сказал авва Иоанн, что один из старцев видел в исступлении: вот три монаха стоят на берегу моря, и был к ним голос с другого берега, говорящий: возьмите крылья огненные и приходите ко мне. И двое из них взяли крылья, и полетели на тот берег, один же остался и плакал сильно и кричал. После же даны были ему крылья, но не огненные, а слабые и бессильные, и с трудом, погружаясь в воду и возникая, и с большою скорбью пришел на берег. Так и сие поколение, и если получает крылья, но не огненные, а едва получает слабые и немощные».

Пересказывая это пророчество, схиигумен Савва под упомянутыми тремя монахами понимал монахов древних, средних и последних времён, которые должны были перелететь огненную реку, символизирующую кипящую страстями земную жизнь. В этом пересказе имеющий слабые куриные крылья монах последних времен не только не был осужден Богом, но получил большую награду по сравнению с монахами древних и средних веков. О правильности такого заключения свидетельствует и древний патерик. «Святые отцы Скита пророчествовали о последнем поколении, говоря: “что сделали мы?” И отвечая, один из них, великий по жизни, по имени Исхирион, сказал: мы сотворили заповеди Божии. Еще спросили: следующие за нами сделают ли что-нибудь? Сказал же: достигнут половины нашего дела. “А после них что?” И сказал: не будут иметь дел совсем люди рода онаго, придет же на них искушение, и оказавшиеся достойными в оном искушении, окажутся выше нас и отцев наших». Пророчествуя об общем оскудении духа подвижничества в последние времена, Антоний Великий, в то же время, говорил: «но будут в то время и такие, которые окажутся гораздо лучше и совершеннее нас, ибо блаженнее тот, кто мог преступить, и не преступил, — и зло сотворить, и не сотворил (Сир. 31, 11), нежели тот, кто влеком был к добру массой стремящихся к тому ревнителей».

Если все это так, то крылья монахов — все это дар благодати Божией. Большая благодать древних времен позволяла подниматься на практически недосягаемую сейчас духовную высоту. Благодаря ей меньшее усилие в личном устремлении к Богу вознаграждалось больше. В первые века часто одной лишь веры в Иисуса Христа было достаточно для того, чтобы сошедший Святой Дух позволял христианину творить чудеса. Теперь же приходится прилагать массу усилий, постоянно «трепыхать куриными крыльями», чтобы удержаться хотя бы на минимальной высоте и не погрузиться в огненные волны страстей житейского моря».

И, вот, дорогие братья и сестры: если уж монахи обладают «куриными крыльями», то что говорить о нас. И, тем не менее, не будем унывать. Ибо милость Божия все наши немощи и зло превосходит. Каждого из нас в какой-то момент жизни уже коснулась Его благодать, иначе мы бы не находились сейчас в храме. А раз коснулась — значит, Господь знает нас и никогда не оставит. Приступим с верою и твердостию к главному делу нашей жизни — покаянию.

Аминь.