На благоустройство Спасской церкви

 

Пою Богу моему

С тех пор, как полгода назад в Спасском храме появился отец Алексий Рехин, службы в древних стенах зазвучали иначе — звонче и благолепнее. Потому что голос нового батюшки стал настоящим украшением богослужения.

Музыка вошла в его жизнь очень рано. Когда будущему иерею было три года от роду, мама отдала его в музыкальную школу учиться играть на скрипке. Заниматься приходилось по-взрослому. В общем, это про таких, как он, говорят: «лишили ребёнка детства». Хотя сам отец Алексий так вовсе не думает. Скрипка не мешала дружить с соседскими мальчишками, учиться и достаточно серьёзно заниматься спортом.

Серьёзное влияние на формирование интересов отца Алексия оказала мать. Художница по образованию, она большое внимание уделяла эстетическому воспитанию детей. И в храм маленького Алёшу также привела мама. Причём, не просто «привела», а сумела сделать так, чтобы он добивался этих походов в церковь, боролся за них.

Однажды сын проснулся ранним воскресным утром и увидел, что мама собирается уходить. На вопрос: «Куда ты?», она ответила: «В церковь». Мальчика этот ответ страшно заинтересовал, и он решил во что бы то ни стало тоже туда попасть. Но вызвать интерес у ребёнка не мудрено, весь фокус в том, как его сохранить. А сделать это было, наверное, не так просто, как кажется.

В Ангарске, где жили Рехины, в то время был только один храм — Троицкий кафедральный собор. Однако это было вовсе не то величественное сооружение, истинное украшение города, которым он является сегодня. Когда отец Алексий был ребёнком, ангарский кафедральный собор ютился в заброшенном клубе на краю города, в четвёртом посёлке. Это было очень далеко от дома Рехиных. Ну, примерно, как от Спасского храма до Ново-Ленино. И всё же он, шестилетний ребёнок, загорелся желанием попасть туда, и своего добился.

— Большое впечатление на меня произвели алтарники, — вспоминает отец Алексий сегодня. — Ходят мальчики моего возраста, со свечками, такие все из себя важные, в золотых одеждах. Мне тоже так захотелось. А ещё очень захотелось на клирос, ведь я уже занимался музыкой, пел. В конце-концов на клирос меня привёл отец Владимир Килин, который в то время, как и сейчас, был настоятелем Троицкого кафедрального собора в Ангарске. Именно клиросное послушание помогло мне запомнить службу и научиться ориентироваться в этом непонятном и одновременно прекрасном мире православного богослужения.

Ну а попав в алтарь, одиннадцатилетним мальчишкой, он уже практически перестал сомневаться в выборе своего жизненного пути. Многие друзья — знакомые этого выбора не поняли. Зато теперь, те же самые люди частенько говорят: «Как здорово, что ты стал священником».

Потом была Тобольская духовная семинария, где отец Алексий нёс певческое послушание и со временем стал помощником регента большого концертного хора. Ещё в семинарии женился, принял сан диакона. В 2009 году вернулся в Иркутск, как и обещал нашему архипастырю владыке Вадиму. Здесь родился сын Сергий, сейчас ему год и семь месяцев. Год назад, на Благовещенье, в Саянске он был рукоположен в сан иерея.

— Это был непростой год, — говорит отец Алексий. — Непростой, но очень интересный.

— Трудно быть священником? — Не могу удержаться от вопроса.

— Трудно. Иногда не просто трудно, а печально, хотя для священника это не совсем подходящее слово. Бывает, что хочешь всем помочь, а не получается.

«Хочется помочь», и потому батюшка не смог отказаться, когда наши молодые мамочки попросили заняться организацией воскресной школы. Иногда ведь важно просто посидеть в тепле, попить чайку, почувствовать, что мы — вместе. Как заметила мама маленького Матвея: не так важно, что именно мы делаем на занятиях, важно знать, что тебя ждут в храме, что ты здесь нужен. И если дети это почувствуют, они уже не уйдут из храма.

— Всегда с теплотой вспоминаю свою воскресную школу, — улыбается отец Алексий. — Собственно, в то время у нас от школы было одно только название. Мы ютились в одной комнате с библиотекой, там и занимались, и чай пили. За стеной была столярная мастерская, где делали киоты для новых икон. Там всё шумело и гремело. Иногда прибегал батюшка, что-то нам объяснял и бежал дальше. И всё равно, это было удивительное время!

Отец Алексий сокрушается только, что сейчас на воскресную школу времени остаётся мало. Правда, мы его утешаем, ведь главное — чтобы было пастырское руководство да преподавание Закона Божия. А выставку устроить или сценки разучить мы и сами можем. Отец Алексей преподает на церковно-певческом отделении, которое было создано на базе епархиальных богословских курсов. Курсы двухгодичные, и сейчас там готовится первый выпуск. Кроме того, батюшка поёт в епархиальном мужском хоре «Знамение». Недавно записали диск. В этом году ездили по северу Иркутской области, были в Нижнеудинском, Тайшетском, Чунском районах.

Самое удивительное в таких поездках — это встречи с людьми. Встречают замечательно, чувствуется, как велик духовный голод в провинции.

— Обычно у нас не хватает времени заниматься миссионерской деятельностью, а в поездках это отчасти удается, — говорит отец Алексий. — Мы поём о Боге, значит, несём Благую Весть. Раньше выездные концерты проходили где-нибудь на приходе, где собиралось немного народу. Теперь администрация старается предоставить клуб или другой зал. С удовольствием принимают нас в колониях, домах престарелых, хосписах, школах. Во время таких поездок мы даём до восьми концертов в день. Это тяжело, но и радостно одновременно. После Светлой седмицы мы собираемся в поездку по новой Братской и Усть-Илимской епархии.

Елена Трифонова